Я ЛЮБЛЮ СВОЮ РАБОТУ. Я – СЧАСТЛИВЫЙ ЧЕЛОВЕК

Вот уже почти 20 лет в Новосибирском областном Российско-Немецком Доме работает Музей истории и этнографии российских немцев, бессменной заведующей которого является Любовь Степановна Вакула. В 2016 году Любовь Степановна отмечает свой 65-летний юбилей. Накануне праздника именинница рассказала редакции «Sibirische Zeitung plus» о том, какие дороги привели её в культуру российских немцев.

Свое детство и юность Люба Феничева провела в маленьком городке Курган, или как его ещё называли «Советское Заура­лье». В школьные годы девушка была одной из первых активи­сток – зачастую в качестве ве­дущей она проводила различ­ные городские мероприятия. Уже в старших классах Люба определилась, что поступать будет в педагогический инсти­тут, однако, у людей, которые работали с ней на одной сцене, было другое мнение: «Какой педагогический!? Тебе прямая дорога в институт культуры! Там как раз и отделение режиссуры есть…» Долго убеждать девушку не пришлось – за пару месяцев до окончания школы она меняет свое решение и собирается по­ступать в Челябинский государ­ственный институт культуры. Но у судьбы были другие планы.

Накануне майских празд­ников в Кургане приземляется самолет Ан-2. Время позднее и пилотов оставляют переноче­вать в городе. Дабы не скучать, молодой экипаж отправляется на танцы. Именно здесь второй пилот Николай Вакула знако­мится с совсем юной девушкой Любовью Феничевой. Перед расставанием молодые люди обменялись адресами. – Он улетел в Новосибирск, но ни дня не проходило без того, чтобы мне не пришло от него письмо или он мне не позвонил. Каждый раз он говорил, что ис­кренне желает мне провалить вступительные экзамены в ин­ститут, ведь если я поступлю, то вместе мы уже не будем. Я еду в Челябинск, прохожу все всту­пительные испытания и передо мной возникает непростой вы­бор: учёба или любовь. Я вы­брала любовь, – вспоминает Любовь Степановна.

Будучи уже в Новосибир­ске, Любовь не меняет род де­ятельности и идет работать в Дом культуры авиаработников. Здесь она также продолжает писать сценарии мероприятий и проводить концертные програм­мы, а когда возникает вопрос о получении высшего образова­ния, то в этот раз она поступает в Ленинградскую высшую школу культуры на заочную форму об­учения. К тому времени в семье Вакула родилась первая дочь. – Да, было непросто. На руках совсем маленький ребенок, муж постоянно в рейсах. Дважды в год надо было ездить на сессию, которая длилась по 40 дней, – вспоминает именинница.

На сегодняшний день за плечами Любови Степановны более 40 лет трудового стажа и всего три записи в трудовой книжке. Первое место работы – Дом культуры авиаработни­ков, третье – Музей истории и этнографии российских немцев Новосибирского областного Российско-Немецкого Дома, а вот второе – Музей истории Новосибирского завода точного машиностроения (позднее ПО «Комета»), а в простонародье – «Точмаш». – 12 лет я проработала в Доме культуры авиаработников. А по­том предложили пойти работать в музей. Изначально, я не при­няла всерьез это предложение: что интересного может быть в работе музея? Старый хлам да пыль одна – думала я тогда. Од­нако, работая на заводе, я вы­полняла не только обязанности директора музея – также писала сценарии, организовывала сле­ты победителей соревнований, чествовала трудовые династии. Эта была очень интересная ра­бота, – делится Любовь Вакула. – Да и сам Музей истории ПО «Комета» был популярен начиная от местных пионеров и заканчи­вая иностранными делегациями.

Как признается юбилярша, когда пришла работать на за­вод, первое с чем столкнулась – уйма неработающей старой техники. Конечно, это были экспонаты, но в замыслах Лю­бови эта техника должна была работать. И она заработала. В короткие сроки были найдены специалисты, которые почини­ли всю технику. И с тех пор осо­бенностью экскурсий стало, так сказать, «погружение в эпоху» – если экскурсовод говорила о технике, которая выпускалась в 50-е годы, то на старом магни­тофоне «Мелодия» крутились песни Александра Вертинского.

Спустя десять лет производ­ственное объединение «Коме­та» понемногу стало приходить в упадок. Закрылся музей, одна­ко Любовь Степановну не стали сокращать, а отправили в адми­нистративный отпуск. – Два года я была в отпуске. В это время мой муж был коман­диром ТУ-154, работал в Ира­не. Однажды он позвонил мне и сказал: «Срочно делай загран­паспорт!» Без лишних вопросов я сделала документы и улетела к нему. Полтора месяца я была в Иране и хочу сказать, что это необычная страна, – делится воспоминаниями Любовь Ваку­ла. – Несмотря на то, что я была гостьей в их стране, я также как и иранки ходила в закрытой одеж­де и носила чадру. Представьте, на улице +30, а я в платке, плаще и брюках. В другом виде даже выйти на улицу не позволялось! Запрещалось делать макияж и хоть как-то демонстрировать свои волосы. Помню, как охран­ник отчитывал меня в одном из торговых центров за то, что из-под платка выпала прядь волос.

Утро в этой стране начина­лось не со звона будильника, а со звуков молитвы с минарета. Разделенный для мужчин и жен­щин общественный транспорт, кинотеатры и учебные заведе­ния – привычное дело для Ира­на. Здесь даже на улицу нельзя было выйти без сопровождения мужчины. До сих пор Любовь Степановна вспоминает о том, как покидала эту страну: на ра­достях сделала легкий макияж, но уже при посадке в самолет её остановили и заставили стереть косметику с лица. Такие строгие правила.

В России наша героиня по­знакомилась с Александром Ав­густовичем Винтером – первым директором Новосибирского об­ластного Российско-Немецкого Дома. К тому времени надежды на то, что музей Точмаша вновь заработает, практически не оста­лось. Именно в тот момент Алек­сандр Винтер предложил Лю­бови создать Музей истории и этнографии российских немцев в Российско-Немецком Доме.

Конец 90-х годов, Российско-Немецкий Дом только строится, но уже есть планы на музей. В 1997 году открывается Дом, а в течение следующего года гото­вится к открытию и музей.

28 августа 1999 года открыва­ется Музей истории и этногра­фии российских немцев НО РНД.

– Когда я только пришла устраиваться на работу в РНД, меня встретили не особо друже­любно – «Нет немецких корней, нет немецкой фамилии…», но на всё это Александр Августо­вич ответил фразой «Сколько ни говори «халва», во рту слаще не станет! За работу!» Вот так с его лёгкой руки началась моя карье­ра в немецкой культуре, – вспо­минает Любовь Степановна. Сегодня музей истории и эт­нографии российских немцев НО РНД – это совокупность ты­сяч экспонатов, за каждым из которых стоит своя история.

– Многочисленные экспеди­ции и поездки, проекты и фе­стивали – всё это было. Летний зной или сорокаградусный мо­роз – ехали в область независи­мо от погодных условий. В своих многочисленных экспедициях мы не только собирали экспо­наты, мы ходили с анкетиро­ванием по немецким семьям, записывали народные песни и частушки – работали с утра до вечера, – рассказывает Любовь Степановна. – Помню, как од­нажды поехали с экспедицией в Краснозерский район за экс­понатами. В одной из деревень нам приглянулось старое трю­мо. В зеркало уже было нель­зя смотреться – настолько его испортило время, однако само оно было просто произведени­ем искусства! Но сколько мы ни упрашивали хозяйку продать его нам, она ни в какую не соглаша­лась. Её муж не хотел отпускать нас с пустыми руками и подарил нам домотканый коврик – не­большой, простенький, но тем не менее по его цветовой гам­ме по технике исполнения было видно, что сделан он в немецкой семье, – делится воспоминания­ми Любовь Вакула. – Из той се­мьи мы ушли с ковриком, а вот в соседнем доме мы приобрели немецкий шифоньер. До сих пор у меня хранятся фотографии, на которых запечатлено, как я и ещё пара женщин тащим его на себе. Женщина, у которой мы взяли шифоньер, была русская, а вот муж её был немец. В раз­говоре с нами она рассказала, что в юности, когда спрашивали согласия на брак у родителей, её будущая свекровь подошла к невестке и сказала: «Выучишь немецкий язык – войдешь в нашу семью, не выучишь – никогда не признаю тебя». Эта фраза ока­залась лучшей мотивацией для изучения иностранного языка. Уже через год девушка наряду с этническими немками пела ча­стушки и свободно разговарива­ла на чужом ей языке. «Вот такие чудеса творит любовь» – закон­чила свой рассказ женщина. Что же касается профессио­нального взгляда, то придется поискать равных Любови Степа­новне. За долгое время работы в музеях она найдет даже не­большой недочет в экспозиции. По словам заведующей музеем порой бывают перенасыщенные экспонатами залы, где даже гла­зу не за что зацепиться. Другая крайность – полупустые залы или неграмотно выстроенная экспозиция.

За восемнадцать лет работы в Новосибирском областном Рос­сийско-Немецком Доме Любовь Степановна стала истинной нем­кой. Конечно, экскурсий на не­мецком языке она не проводит, но то, о чем говорят немецкие туристы – понимает. В арсенале заведующей Музеем всегда най­дутся истории из реальной жиз­ни российских немцев, которые ей рассказали потомки тех, кто сам пережил все тяготы депор­тации.

Любовь Степановна Вакула, заведующая Музеем истории и этнографии российских немцев НО РНД:

– Я рада, что судьба связала меня с музейным делом. Работа с людьми мне всегда приносила удовольствие. Знаете, дорого­го стоит, когда после очередной экскурсии по музею подходят слушатели и говорят: «Спасибо большое. Того, что рассказали Вы нам, не напишут в учебниках истории». Я люблю свою работу. Я счастливый человек.

Дарья НИКОЛАЕНКО