НЕДЕЛЯ КИНО РОССИЙСКИХ НЕМЦЕВ ФИЛЬМ «НЕМЕЦ» ВЫЗВАЛ ШКВАЛ ВОПРОСОВ

 

В Новосибирском областном Российско-Немецком Доме завершилась Неделя кино российских немцев показом художественного фильма «Немец» режиссера Станислава Гюнтнера.
У зрителей и нашего корреспондента была возможность задать вопросы и подискутировать с автором фильма после просмотра.

«Немец» – такое прозвище дал молодому российскому немцу Диме его босс Георгий, занимающийся кражей произведений искусства. Выйдя из колонии, Дима хочет начать новую жизнь. Но это не так просто. Георгий не намерен его отпускать. А отец Димы, который не смог устроиться в Германии, решает увезти семью обратно в Россию. Только любовь к студентке-художнице Наде дает Диме надежду. Но связь с криминальным миром становится для него препятствием. Дима вынужден пожертвовать многим, чтобы найти путь к самому себе. Премьера фильма состоялась в 2013 году.
«Очень профессионально, интересно, талантливо. Стильная картина», – считает режиссёр Андрей Кончаловский («Поезд-беглец», «Танго и Кэш», «Одиссея»)
– Как бы вы описали свой фильм? Это драма?
– Это фильм-нуар, фильм-драма, подростковая история с юмором. Для меня важно, чтобы зритель смеялся. Я бы сказал, что это история взросления.
– В Мюнхенской академии кино и телевидения вы получили приз за сценарий «Немец»?
– Я закончил киноакадемию как режиссер, потом – высшие сценарные курсы, где и написал сценарий «Немца». На конкурсе, названном в честь немецкого драматурга Танкреда Дорста, я получил приз за лучший сценарий. Конечно, это мне очень помогло в дальнейшем продвижении и финансировании фильма.
Со сценарным призом я два года искал деньги для съемки фильма. Правда, нам удалось собрать лишь треть бюджета. С таким бюджетом продюсеры не хотели снимать фильм, но мне удалось их убедить. Мы заранее говорили всем участникам съёмки, что заработок будет минимальным. Это, конечно, осложнило задачу, потому что многие художники по костюмам и гриму отказывались. Сложно снимать, конечно, без денег. Но лучше снимать, чем не снимать вообще! Я доволен фильмом, хотя давно его не пересматривал: боюсь увидеть ошибки.
– Сейчас что-то снимаете?
– Я долгое время работал и продолжаю как соавтор над проектами Андрея Сергеевича Кончаловского. Я ему помогал снимать немецкую часть к фильму «Рай».
– Работая с мэтром кинематографа, что хотели бы взять себе за основу? Может, вам нравится стиль Тарковского, Кончаловского или же экшен, что сейчас модно? Или у вас свое видение?
– В кинематографе практически ничего не меняется. Изменяется лишь стиль и техника, киноязык.
Мне интересно наблюдать за Кончаловским, как он организует творческое пространство, как он работает над сценарием, на съемочной площадке. Он организует творческую свободу, при этом не теряя своего замысла.
– Чему-то научились у Кончаловского?
– Хочется создавать такую же атмосферу, чтобы это было сотворчество. Всегда приятно творческую группу не тащить за собой, а подтягиваться и расти совместно.

– Работая над фильмом «Немец», вы позволяли творческую свободу, прислушивались к актерам? Говорят же, что актеры придумывают «свои фразочки». Как к этому относились?
– Как мне говорят, я всегда работаю с открытой дверью.
– Интересно, а что привнесли актеры в фильм «Немец»?
– Актеры – это всегда интонация, лицо, поведение. Я долго выбирал актеров. Были те, кто читал мой текст, и это было посредственно. А были те, кто читал органично, правдоподобно. И ощущалось, что мои реплики прожиты. Актер будто надевает пальто и в нем живет.
– Главный герой «Немца» молодой человек. В сюжете прослеживается его путь к себе. Он в поисках. Станислав, когда снимали фильм, вы искали путь к себе? Зачем вы это снимали? Может, вам тоже хотелось что-то найти? Можно ли сказать, что это немного и ваш поиск в каком-то вопросе?
– Я искал какие-то вещи, которые я уже прочувствовал, пережил, и мне было важно их донести до зрителя, рассказать о поиске дома. Эмигрант живет в стране, родившись не в ней, ищет свое место в чужом для него обществе, которое вроде бы и родное и в то же время чужое. Вот это ощущение героя. Поскольку я это уже пережил и наблюдал за своими близкими, мне захотелось рассказать об этом.

– Что вы хотели вызвать у зрителя: сочувствие, понимание или всё сразу?
– И сочувствие, и понимание. Тема «чужого» универсальна. Думаю, что каждый, посмотрев фильм, найдет что-то своё. И не важно, что это будет: переезд, новое общество, новая работа… Знаете, после просмотра ко мне подходили зрители и говорили: «Это про меня, я тоже это пережил», хотя это не этнические немцы. Это история про интеграцию в широком смысле.
– Были показы в школах, гимназиях Германии?
– Да, фильм ребятам понравился, но они удивились открытому концу. Молодым это оказалось непонятно. Мне бы хотелось, чтобы зритель принимал участие в фильме, становился как бы соучастником мысленного процесса. А они привыкли смотреть фильмы, где есть счастливый конец, где всё понятно и разложено по полочкам.
– Вы что-то снимаете кроме драмы? Над чем сейчас работаете?
– Я снял короткометражный фильм «Mein lieber Onkel», премьера которого прошла в октябре в г. Хоф. Это инсценированный документальный фильм про один день из жизни моего дяди.
Сейчас я разрабатываю сценарий для будущего фильма. Это будет спортивная история. Тема допинга. Раскол Германии. Холодная война. Спортсмена пичкают допингом, но он об этом даже не подозревает. В общем, речь пойдет о манипуляциях в спортивном мире. Дорогая картина будет, надо что-то дешевле придумать. (смеется).
– То есть вы еще продумываете стоимость будущего фильма? И переписываете, если он окажется дорогим? А если снять фильм в одной комнате с участием одного-двух актеров, чтоб подешевле? Это сложно?
– Всё сложно. Над всем надо сидеть. Как Пушкин писал, помните: «Порой опять гармонией упьюсь, над вымыслом слезами обольюсь…»
– Российский немец в России немец, в Германии – русский. Как вы отвечаете на этот вопрос им в Германии? Все-таки чужой или это некая ступень адаптации?
– Это трагедия народа российских немцев. Это их крест. На данный момент это мосты между культурами, которые объясняют, что в России нет медведей. Российские немцы любят и Россию, и Германию. Это такая этническая группа, которая ищет обетованный рай.
– Есть ли желание снять фильм об успешной интеграции российских немцев, например, Елены Фишер?
– Да. Надо написать сценарий. Но знаете, успешные фильмы всегда скучные. Мне всегда хочется показать конфликт, показать потенциал проблемы. На самом деле, мне было бы интересно снять сериал про русских немцев как колонистов.
После просмотра зрители долго не отпускали режиссера, пытаясь понять главного героя, сбившегося с правильного пути. Их волновал вопрос о немецкой полиции, которая так долго ехала, проблема отцов и детей, поступок главного героя. Многие делились своими чувствами и благодарили режиссера за интересный фильм. «Классная раскадровка! Музыка передает атмосферу, отлично раскрыта тема любви. И мне не хватило русскости бандита», – поделился один из зрителей.

Оксана ЧУБ